У одного из друзей бизнесмена Сергея Тарасова возникла проблема с правоохранительными органами. Вернее, с генералом МВД. «Конфликт был настолько серьезный, что товарищу пришлось уехать из страны, — вспоминает совладелец компании Nemiroff и партнер Сергея Тарасова Яков Грибов. — Как-то мы с Сергеем разговорились, он рассказал мне об этой проблеме. Выяснилось, что я знаком с генералом. Я позвонил ему и попросил встретиться с Тарасовым. Генерал пригласил его к себе домой. В комнате Сергей увидел рояль, сел и заиграл. Генерал, как выяснилось, тоже любил играть на этом инструменте. С тех пор они дружат, а проблема товарища была решена». Это был тот редкий случай, когда музыкальное прошлое помогло Тарасову в бизнесе.

Сейчас ему принадлежит группа компаний «Агроспец-сервис», которая обрабатывает41 000 газемли, занимается выращиванием зерновых и масличных культур, а также сахарной свеклы. У группы есть сахарный завод, элеватор и собственная торговая компания. Бизнес Тарасова ориентирован на экспорт, поэтому в условиях скачка курса доллара чувствует себя неплохо. За прошлый год оборот «Агроспецсервиса» достиг 1,04 млрд гривен, a EBITDA составила 354,1 млн гривен. Тарасов строил свой бизнес нетипичным для украинских агробаронов путем — не гнался за размером, не набирал кредиты. Он один из самых непубличных украинских бизнесменов.

В детстве Сергей ходил в секцию тяжелой атлетики, мечтал стать летчиком, родители же отправили его в музыкальную школу учиться играть на фортепиано. Тогда он был уверен, что музыка ему в жизни не пригодится. «В бизнесе можно быть вторым. В искусстве нельзя. Есть люди способные, талантливые и гениальные. Я, скорее, способный», — скромничает Тарасов.

Жизнь распорядилась по-своему. Сергей рано потерял отца, поэтому пришлось искать заработок. Днем он учился в Кировоградском институте сельскохозяйственного машиностроения, а по вечерам играл в ресторане. Так музыка на добрый десяток лет стала для него основным источником дохода. «В то время музыкантам хорошо платили», — вспоминает 53-летний Тарасов. За вечер можно было заработать 15-25 рублей при средней зарплате в Советском Союзе около 150 рублей в месяц».

Когда во времена перестроечного СССР людям стало не до развлечений, он занялся перепродажей музыкальных инструментов. Их привозили дипломаты, известные режиссеры, артисты филармонии. Продолжаться долго это не могло — железный занавес рухнул, и в Украину легально потекли самые разные импортные товары.

Заработав первые $10 000, Тарасов задумался, что делать дальше. В Кировоградской области нет ни нефти, ни изобилия крупных предприятий. Этот регион всегда специализировался на сельском хозяйстве. Вложить деньги в агробизнес посоветовал давний знакомый, известный в стране человек (его имени Тарасов не называет), который уже тогда активно продавал зерно на экспорт. «Он сказал: занимайся тем, что у тебя под ногами», — рассказывает бизнесмен.

Этот знакомый дал начинающему предпринимателю и первые деньги на закупку сельхозпродукции. Причем исключительно под честное слово. «Он мне поверил», — вспоминает бизнесмен. С тех пор честное слово для Тарасова — не пустой звук. Многие, кто сталкивался с ним в бизнесе, говорят, что оно надежнее банковских гарантий. «Для Сергея слово, которое он дал, означает все, — констатирует Грибов. — С ним можно не подписывать бумаги, договоры».

Первое частное предприятие «ТСД» (по инициалам владельца) Тарасов открыл в 1992 году. Он ездил по колхозам, скупал пшеницу, ячмень, подсолнечник, а потом продавал за границу. «Цены были очень низкими. Тогда сельским хозяйством никто не хотел заниматься. Мои нынешние партнеры надо мной смеялись», — улыбается бизнесмен. Вскоре, по его словам, он стал №1 в области по продажам зерна.

К тому времени советская система снабжения рухнула. Колхозы не знали, где взять топливо для полевых работ. Тарасов создал второе частное предприятие — «Агронефтесервис СТ». Он оптом закупал топливо, а потом, перепродавал его хозяйствам, которые платили урожаем. В 1998-м грянул кризис, и колхозники вообще перестали рассчитываться. «Мне в один день два председателя, которым я поставлял нефтепродукты, рассказали две разные истории, — вспоминает Тарасов. — Один сообщил, что урожай сгорел, а второй — что вымок. Они называли любые причины, кроме камнепада и метеоритов». Тогда бизнесмен понял, что нужно самому контролировать процесс.

Свои первые600 ганачинающий аграрий получил за долги у разорившегося колхоза «Украина». Точно так же он обзавелся и техникой. Но загвоздка была в том, что Тарасов, родившийся в городе, по его же словам, «не отличал пшеницу от ячменя». Пришлось нанять агронома. «Мы ездили по полям, он мне все рассказывал, а я думал: «Какой он умный! Сколько же надо знать!», — делится бизнесмен. Например, агроном объяснял, что при посеве надо разбросать100 кгнитроаммофоски на1 га. Тарасову было не понятно, почему именно 100, а не 80 или 200. «Мне отвечали, что так положено, — вспоминает аграрий. — Кем положено, почему? Тогда я понял: надо учиться». В кабинете председателя одного из колхозов он увидел большой шкаф с книгами. Тарасов взял понравившиеся и уехал на Кипр. «Я на не- ‘ делю закрылся в отеле и все их прочел. Там ведь есть море, но я его не помню», — шутит бизнесмен. Через год Тарасов уволил агронома, потому что знал уже больше, чем он.

Весной 2000 года бизнесмен приехал на собрание в колхоз-банкрот «Митрофановский». В первом ряду сидел старик. В перерыве между жаркими спорами, как и с кем колхоз будет рассчитываться, дед подошел к Тарасову и сказал: «Если вы возьмете эти земли, вы будете миллионером». Это был бывший председатель «Митрофановского». В советское время хозяйство тоже было миллионером — благодаря очень плодородным землям.

В 1999-м президент Леонид Кучма подписал указ о распаевании земли. Именно тогда в Украине начали формироваться агрохолдинги и появляться первые агро-бароны. Но если многие из них брали любые участки, Тарасов вначале изучал историю хозяйства. «Я смотрел, где работали Герои Социалистического Труда и были колхозы-миллионеры, — объясняет бизнесмен. — Если я тогда в сельском хозяйстве слабо разбирался, то какой мог еще быть принцип?» Подход себя оправдал. По словам Тарасова, урожаи на его полях — одни из самых высоких в области. Так, в прошлом году урожайность пшеницы у «Агроспецсервиса» составила 53,4 ц/га, а в среднем в Кировоградской области, по данным Госстата, — около 43,8 ц/га, а кукурузы — 74,1 и 57,0 ц/га соответственно.

В то время как крупные агрохолдинги активно наращивали земельный банк, Тарасов не торопился. Хотя предложения поступали неоднократно. Как-то руководитель Кировоградской области вызвал Тарасова и сказал: «В одном из районов все поля заросли бурьяном, я не могу на это смотреть. Возьми их, у тебя же хорошо получается». Но бизнесмен отказался. «Он всегда думал, кто и как будет этим управлять и насколько он сможет контролировать этих людей, — говорит Грибов. — Сергей подходил только к той штанге, которую мог поднять».

«Проблема быстрого роста в том, что часто сам руководитель еще не дорос. Тогда многие набрали земли и не знали, что с ней делать. Правда, это я сегодня такой умный», — смеется Тарасов. Тогда важным принципом для него стала компактность земельного банка: до сих пор все поля компании расположены в Кировоградской области. Таким подходом могут похвастать немногие крупные агрохолдинги. Так, у HarvEast Holding Рината Ахметова земли — в Донецкой области. Агрохолдинги стараются брать землю кластерами по 20 000-30 000 га, но сделать это в пределах одного региона не так-то просто. «Агрохолдинги не привязаны к определенному региону, — поясняет бизнесмен. — И есть разумная цена, больше которой они не дадут». Но когда в 2002 году Тарасов стал владельцем Капитановского сахарного завода, ему пришлось раскошелиться. Бизнесмену нужна была земля для выращивания сахарной свеклы, причем логистическое «плечо» не должно было превышать60 км. Иначе себестоимость производства сахара сильно возрастала. «В зоне завода за некоторые земли мне пришлось заплатить по $1000 за 1 га», — говорит Тарасов, имея в виду права аренды. В 2003-м его земельный банк составил уже более20 000 га.

Сам завод достался аграрию через процедуру банкротства по цене металлолома — всего за $2-3 млн. «Мне предлагали его порезать на металл. Но я ведь за него боролся!» -улыбается агробарон. Выращивать сахарную свеклу оказалось не так просто. Три года бизнесмен не мог добиться хороших всходов. «В первый год агроном мне рассказывал, что семена не такие, на второй я закупил хорошие импортные семена — результат тот же. Мне сказали, что виноваты сеялки, — вспоминает Тарасов. — Понял, третьего раза не будет». Он обратился в Институт сахарной свеклы УААН, пригласил другого агронома. «Кто умеет выращивать сахарную свеклу, тот вырастит что угодно!» — шутит бизнесмен. Рынок сахара в Украине волатильный, и аграрий часть своей продукции стал отправлять в Грузию, Абхазию, Узбекистан и Таджикистан.

Тарасов привык контролировать буквально каждую мелочь. «С учетом роста и развития бизнеса некоторые полномочия он распределяет, но каждый день понимает, что и где происходит», — уверяет давний знакомый предпринимателя, совладелец компаний «УкрАгроКом» и «Гермес-Трейдинг» Юрий Скичко. Офис Тарасова находится в Кировограде — там же, где его бизнес. «Он даже не рассматривает возможность переезда в Киев», — отмечает президент Ассоциации производителей молока Андрей Дикун. Знакомые Тарасова отзываются о нем как о человеке жестком и авторитарном. «Мое поколение — это поколение авторитарных людей, — соглашается бизнесмен. — И все, кто добился успеха, вам это подтвердят».

В тонкостях производства Тарасов разобрался самостоятельно. А для того, чтобы эффективно управлять растущей компанией, он решил получить экономическое образование, и в 2006-м даже защитил диссертацию на тему «Социализация экономики».

В середине 2000-х банки охотно раздавали кредиты, в том числе и аграриям. Многие холдинги поддались соблазну. Но привычка поднимать только посильные тяжести и тут Тарасова не подвела. Конечно, полностью от кредитных средств он не отказался. Но у него было железное правило: соотношение собственного и заемного капитала должно быть не меньше чем 60 к 40. «Я вовремя почувствовал ситуацию и сократил сумму заемных средств. Сегодня у меня кредитов всего 87 млн гривен и около $1,5 млн», — признается бизнесмен. Заемные деньги он использовал для пополнения оборотных средств. «Возможно, поэтому я не так быстро рос», — говорит Тарасов.

«В сравнении с рынком «Агроспецсервис» — суперэффективная компания. Я сужу по соотношению суммы долгов на гектар, — поясняет управляющий партнер консалтинговой компании Baker Tilly Ukraine Александр Почкун. — В условиях нынешнего рынка можно считать, что долгов у Тарасова нет. Ну набрал бы он100 000 гаи под них $100 млн долгов. У нас были такие быстрорастущие компании. И что это им дало?» У Тарасова это соотношение $60 на1 га(без учета займов, выданных на модернизацию сахарного завода и строительство элеватора), тогда как у некоторых игроков рынка такой показатель зашкаливает — $400-500 на1 га. К примеру, у печально известного агрохолдинга «Мр1я» он составляет около $450.

У Тарасова есть и личные причины прохладно относиться к банкам. «Сергей не очень любит брать кредиты. В этом мы с ним похожи», — отмечает Грибов. Однажды один из банков, выдавший Тарасову кредит на сумму с шестью нулями, хотел привести ситуацию к враждебному поглощению. Но отступать не в правилах бизнесмена. «Банк вел себя очень агрессивно, — вспоминает Грибов, который тогда пришел на помощь другу и предоставил ему необходимые средства. — Когда Сергей получил финансирование, он смог по-другому поговорить с банком. Там, конечно, были удивлены и расстроены». После этой истории дружеское общение Грибова и Тарасова переросло в деловое партнерство. Хотя раньше агробарон предпочитал работать самостоятельно. «С Сергеем мы познакомились еще в 2000 году через моего дядю, который был директором одного из его предприятий. Но работать вместе начали только в 2008-м», — вспоминает еще один нынешний партнер бизнесмена Игорь Червоненко (брат политика Евгения Червоненко). И Грибов, и Червоненко полностью доверили контроль над совместными компаниями Тарасову.

Сейчас бизнесмен считает, что поздно привлек партнеров и поздно начал делегировать полномочия. Были и другие просчеты. «Получение опыта — это ошибки, — улыбается Тарасов. — Я часто отказывался от того, от чего нельзя было отказываться».

Еще в 2005 году он рассматривал идею заняться свиноводством. И даже отправился в банк за кредитом. «Но банкиры мне отсоветовали и предложили деньги под строительный бизнес», — вспоминает аграрий. Тогда в Украине был бум, в течение пяти лет цены на квадратные метры росли в среднем на 25-30% в год. Подчинившись требованиям конъюнктуры, Тарасов начал строить в Кировограде элитный жилой дом. Пока тянулась работа по землеотводу и над прочими документами — начался кризис. Сегодня в центре Кировограда торчит лишь каркас здания. «Этот скелет я называю памятником моему тщеславию, — смеется бизнесмен. — Потом я его, конечно, дострою». Эксперимент стоил Тарасову $7 млн.

Одной из стратегических ошибок он считает отказ от расширения земельного банка. «Когда мой бизнес стал высокорентабельным, на рынке земли все уже стоило дорого», — говорит Тарасов. «К 2008 году аренда подорожала на 60%, появилось много спекулянтов, в том числе западных, готовых отдавать за сельхозземли баснословные суммы.

Тарасов признает, что поздно задумался и о выходе на IPO. Он начал готовиться к размещению в 2010 году, а в 2011-м акции украинских компаний пошли вниз.

Решения Тарасова, не позволившие «Агроспецсервису» разогнаться во время первой волны развития рынка, сейчас обернулись преимуществами. «Компания не перегружена долгами. У нее сбалансированные показатели собственных и заемных средств, — подчеркивает Почкун. — Через пару лет у Сергея будет больше возможностей для привлечения инвестора, если он не сорвется в штопор с набиранием долгов и покупкой прав аренды на землю».

В планах Тарасова — увеличить земельный банк минимум вдвое. Тем более что время для новых инвестиций сейчас подходящее: из-за военных действий и роста курса доллара активы в Украине дешевеют. «В нынешней тяжелой ситуации Сергей оказался в хорошей позиции. Думаю, он как раз тот, кто может значительно вырасти, — отмечает Грибов. — Знания у него есть, а долгов нет».

«Осенью мы встретились с Тарасовым на выставке в Ганновере, — рассказывает директор Ассоциации свиноводов Украины Артур Лоза. — Он внимательно изучал оборудование для свиноводческих комплексов». Бизнесмен подтвердил, что решил заняться этой отраслью животноводства. Почему он выбрал именно данное направление? В птицеводстве цикл производства короче, но отрасль контролируют такие мощные игроки, как «Мироновский хлебопродукт» Юрия Косюка и «Комплекс Агромарс» Евгения Сигала. А вот рынок производства свинины может стать свободнее. Предприятия крупнейшего игрока этого рынка, компании «АПК-Инвест» Бориса Колесникова, расположены в зоне АТО.

Решение заняться свиноводством Тарасов принял быстро. «В начале сентября мы ужинали в одном из ресторанов, говорили о потенциале животноводства, а через неделю он перезвонил мне и сказал, что нашел площадку под свиноферму», — рассказывает Дикун. Тарасов вообще очень импульсивный. Бизнесмен может приехать из Кировограда в Киев всего на полчаса, чтобы поздравить дочь с поступлением в лицей.

«Тарасов заходит в проект вовремя, поскольку потенциал развития у свиноводства большой, рынок дефицитный, а цена входа на него сейчас невысокая», -уверен Лоза. Бизнесмен готов инвестировать 16 млн евро, чтобы построить комплекс на 5250 свиноматок. Уже через два года он рассчитывает вывести свинокомплекс на полную мощность. Доступ к кредитным ресурсам для украинских бизнесменов сейчас закрыт, но у Тарасова достаточно собственных средств для развития. «Я смело иду в проект, — говорит аграрий. — Комплекс построю за свои деньги, а вот на маточное стадо и оборудование привлеку деньги западных фондов».

Когда аграрный бизнес Тарасова активно рос, музыкант лет десять не подходил к инструменту, но музыка всегда присутствовала в его жизни — в кругу друзей он иногда играет на фортепиано. Бизнесмен любит джаз и часто летает за границу на концерты, например, Chick Согеа и The Manhattan Transfer.

Читайте так же:

Комментарии запрещены.

Последние новости:
Культура
Экономика